U.S. protectionism and trade imbalance between the U.S. and Northeast Asian countries

Abstract

После глобального финансового кризиса рост мировой торговли замедлился. В 2016 г. объем мировой торговли увеличился на 1,9%, что ниже показателя 2015 г. - 2,8%. Согласно прогнозам, в 2017 г. импорт развитых стран будет умеренным, в то время как спрос на импортируемые товары в развивающихся азиатских экономиках мо- жет продолжать расти. Несмотря на растущий импорт в Азии, начиная с 2013 г. темп роста мировой торговли был ниже темпа глобального экономического роста. В этих условиях многие страны стремились к заключению двусторонних, многосторонних, региональных и мегасоглашений о свободной торговле (ССТ), чтобы повысить объемы собственной торговли и стимулировать экономический рост. Восточноазиатские страны стремятся построить свою систему региональных ССТ и принимать участие в различных мегаССТ, таких как Всеобъем- лющее региональное экономическое партнерство (ВРЭП) и Транстихоокеанское партнерство (ТТП). Все это привело к еще большему расхождению экономических интересов, в том числе в силу несовпадения взглядов в сфере политики и безопасности в Восточноазиатском регионе. Так, политика протекционизма, начатая администра- цией президента США Дональда Трампа, стала угрозой для ТТП, хотя премьер-министр Японии Синдзо Абэ стремится к тому, чтобы соглашение продолжило действовать, несмотря на выход США. В данной статье предпринята попытка исследовать политику протекционизма США под руководством президента Дональда Трампа, ответить на вопрос, почему страна перешла от свободной и открытой торговли к так называемой справедливой торговле, основанной на принципе «Америка прежде всего». Также в статье рассматриваются торговые дисбалансы между США и странами Северо-Восточной Азии, прежде всего их причины. Наконец, что не менее важно, автор рассуждает о том, как политика протекционизма США повлияет на мегаССТ, такие как ВРЭП и ТТП, а также экономическое сотрудничество восточноазиатских стран. Работа выполнена при поддержке Национального исследовательского фонда Правительства Республики Корея (NRF2015S1A3A2046684).